Заноза во Вселенной, или Наша Маша - Анжела Кристова

– Обалдеть, я в раю, в раю и в горах!

Собственный голос звучал странно и незнакомо. Голос был чужой, своим было разбитое в кровь тело, которое болело каждой клеткой. Болели даже кишки, болело в груди.

Вот родная голова по-прежнему гудела, как стукнутый чугунок или как чугунная же сковородка от удара о стенку, и она кажется догадывалась, кто этому виной! Вспомнился странный тип, от которого и убегала.

«Добегалась! И где же я? – Маша посмотрела еще раз на лес и пошла к нему. -Похоже, все же умерла».

Больше не о чем таком приятном не думая, Маша бездумно побрела, шатаясь и постоянно спотыкаясь в сторону деревьев. Насыпь была усыпана мелким гравием, белого и песочно-желтого цвета камнями, разной величины и огранки. Ступать по этому грунту было тяжело, сапоги проваливались по щиколотку утопая в камешках. Каменная насыпь была, как зыбучие пески. Маша падала на руки, руки сразу утопали по запястья в грунте, вставала и шла вперед. Руки только еще сильнее разодрала. На первые ссадины накладывались новые. Все кровило.

«Все странно. Я чувствую больно мне, и вот – кровь. Вкус соленый, в глазах слезы соленые. Я живая или нет?»

Больная голова работала определенно. Руки и ноги слушались, дышалось тоже вполне конкретно – больно было делать вдох, легко выдох. При вдохе болели ребра – все.

«Я определенно живая пока, точно это не смерть! А раз я выжила в этих пещерах, то заслужила хотя бы воду, хоть бы попить и умыться!»

Мысли крутились все вокруг источника попить. Других мыслей, в растрескивающейся от пережитого кошмара последних часов голове – не было. Про смерь уже не вспоминалось. Если есть такие конкретные желания, то она точно живая.

Лес надвинулся как-то сразу, высокая трава, росшая по самому краю высоких деревьев, поглотила девочку с головой, но в самом лесу трава сразу поредела и исчезла совсем метров через 20—30 от прогалины склона, и стало так прохладно, что она опять замерзла. Застегнула молнию на куртке.

Тень от высоких раскидистых, неизвестной породы стволов заслоняли солнечные лучи в некоторых местах полностью, кроны состояли из крупных, обильно зеленых округлый листьев, неизвестной ей породы лиственных, и Маша шагала в пугающем сумраке теней. Лианы, обвивавшие деревья по стволам как тросы, были коричневого цвета, тянулись все вверх, прямо к розовому солнцу. Трава под деревьями не росла и идти было легко, грунт был чуть влажный, покрыт опавшей листвой, уже пожелтевшей в тени крон, и с каждым шагом вперед под уклоном вниз грунт становился все сырее и сырее, с каждым пройденным метром. Она обратила внимание, что идет под гору, вниз по склону той же горы, на каменистый склон которой она и вылезла из пещеры.

Вода ожидала ее внизу, река или ручей, без разницы. Маша присела в одном месте, прислонила руку к влажной земле и ощутила легкий толчок, как будто земля ее толкнула в самую ладонь. Странное ощущение. Точно толкнула. Маша поднялась, пошла еще быстрее, дальше вниз по пологому склону. Снова осторожно, кое-как присела на корточки и приложила вновь ладонь к земле. Опять толчок. Ничего не решив, что это, Маша больше не отвлекалась и потопала дальше.

Через полчаса можно было уже расслышать шум воды или скорее небольшого водопада. Никого из живности. Лес был совершенно пуст. Ни птиц, ни зверья. В опавшей сухой листве не видно было даже муравьев. Не встретив никого, она вышла на обширную поляну.

Лес кругом заметно поредел, и Маша пошла уже по травяному одеялу, через еще полчаса она вышла к крутому обрыву. Вода была внизу, овраг был с виду очень глубокий. Солнце просто жгло кожу. Высокие тенистые деревья остались позади, а на дне оврага вовсе не росли, а были одни зеленые и коричневые стебли лиан. Листьев почти не видно, одни толстенные стебли. Весь овраг был ими густо оплетен, чистой земли не видно было вовсе.

Не рискнув спускаться прямо в том месте, она пошла в направлении шума воды и метров через 200 увидела вдалеке водяной туман над водопадом.

Водопад был не виден, похоже потоки воды срывались с большой высоты срывался в долину, расположенную ниже уровнем, чем тот высокорослый лес, из которого она вышла часом ранее и по которому Маша шла еще часа два, а то и три. А гора, на склон которой вышла Маша, все также возвышалась справа, куда двигалось и солнце, и хорошо виднелась через обширный лесной массив.

Маша пошла вниз, нужно было где-то спуститься. В овраге были сплошные лианы и тек в самом конце моря зеленых и коричневых стволов, быстрый и стремительный ручей.

«И как выйти на водопад? Не по ручью же?!»

Маша хотела пить и решила не топать еще дальше к водопаду, а спуститься тут в овраг и попробовать добраться напрямую к воде.

Решив для себя, что без того, чтобы напиться именно сейчас она уже не обойдется, Маша начала спускаться. Повернулась спиной к обрыву и полезла вниз, аккуратно ступая.

Как спустилась вниз оврага, сразу оказалось, что росшие тут в большом количестве длинные зеленые лианы цепко сами хватались за Машины руки, не помогая пробираться, а как бы наоборот останавливая и мешая ей двигаться в сторону воды. Но Маша была упорной в выборе маршрута, жажда подстегивала инициативу и Маша прорывалась с каждым шагом ближе к воде.

Оставался какой-то метр или два до журчащего призывно ручья, когда в воздухе в стороне пролетел странный предмет и скрылся за кронами деревьев. Предмет Маша не разглядела, не успела. Что-то блестяще и жужжащее. Она слишком была сосредоточена на борьбе с хваткими и липучими лианами, но обратила все же внимание, что это была не птица, и что предмет летел по направлению от белой горы через ручей и водопад на другую сторону обширного оврага, и скрылся в той стороне леса. И еще был странный жужжащий звук, как будто мотор работал или лопасти винта. Точно не поняла. Предмет быстро исчез и Маша сразу про него забыла.

Еще пара шагов по упругим телам толстых лиан, и она выбралась прямо к быстрине ручья.

Наконец пробравшись к вожделенной воде, Маша не удержалась, лиана под правой больной ногой вдруг странно опустилась почти на полметра и Маша с размаху завалилась в ручей лицом, руки ушли в черный ил по плечи и все равно не достали дна. В сапоги сразу налилась прихлынувшая к ним вода. Глубина и нет дна! Маша с размаху окунулась с головой. Ухватилась за лианы двумя руками. Вода ледяная. Черная от всколыхнувшегося черного ила. Оказалось, что земли под лианами нет, и они растут прям поверх воды. Верно, пока она лезла по лианам к воде, эти же самые лианы и были ее ногам опорой, а она легкая и прогибаясь под ее весом, лианы не доставали до воды. Даже ничего не хлюпало под ногами, иначе она бы стала пытаться напиться еще в самом начале движения по дну оврага!

Кошмар вернулся, столько сил сразу потратила на пробежку по этим лианам до воды, а толку?!

«Знала бы, напилась бы раньше, просто раздвинув как-нибудь эту растительность!»

Но подумать и осмыслить произошедшее с ней в данный момент опять помешала окружающая обстановка. Чуть не утопла! Рот не успела закрыть и напилась она сразу и по полной, нахлебалась, вода залилась в уши и нос, девочка с трудом смола выбраться обратно на лианы, тяжело дыша, она перевернулась на спину, завалившись на проклятые прилипучие лианы, но они хоть не давали ей окунуться вновь в вязкий черный ил ручья с головой.

Вымазавшись в иле, нахлебавшись ледяной воды, Маша лежала в полном изнеможении на толстых упругих побегах, очень кстати, и не плохо державших ее тело сейчас.

Вода с расстояния казалась чистой, а при ближайшем рассмотрении и после Машиного стремительного окунания, вода выглядела скверно и на вид, и на вкус. Пить сразу расхотелось, да и написалась она уже!

Маша попыталась перевернуться на живот и с удивлением поняла, что сделать этого не может. Когда она барахталась в воде ручья эти лианы удерживали ее от утопления, а теперь, удерживаемая услужливыми лианами за ноги и куртку, они же уже не давали девочке возможности даже перевернуться на живот. Теперь эти же лианы сковывали все возможные обратные действия по выпутыванию конечностей из цепкого плена.

«Я здесь умру, в этом месте, – думалось тоскливо. – Напилась вот, одно большое желание выполнилось. Теперь и пить уже не хочу. Какие еще там желания насущные остались?»

Маша с сарказмом думала над своим положением, разглядывая небо над головой. Сил выпутывать руки и ноги из цепких лиан не было. Навалилась апатия, солнце пекло лицо даже под слоем ила, который коркой засох на лице и одежде. Прошло не меньше получасу, а она все также без сил лежала на спине.

А лианы между тем все сильнее и плотнее охватывали тело, лезли тонкими концами к ней отовсюду. И вот через некоторое время Маша с удивлением поняла, что пока лежала на спине правая нога перестала слушаться и вся оплелась лианами со всех сторон, а две петли уже обернулись и вокруг ее тела. Левая нога еще могла двигаться и можно было левую ногу совсем вверх поднять, и руки пока были хоть не совсем, но все же свободны.